«Вместо женской суеты…»

Вот дом, который построил Фукс, —

так хочется начать повествование. Но это было бы неправдой. Здание в стиле классицизма было построено, разумеется, не профессором Казанского университета, врачом, ботаником и этнографом Карлом Фуксом. Не был он и его первым владельцем.

Но в историю это строение вошло именно как «Дом Фукса».

Казанский университет. Фотобанк Лори.

И вот здесь кроется некоторая несправедливость. В чем она заключается? Прежде чем вместе ответить на этот вопрос, давайте немного расскажем о Карле Федоровиче, он же Карл Фридрих.

Уроженец Германии, получивший блестящее образование и свободно владевший помимо родного языка английским, французским, итальянским, латынью и русским, решил делать карьеру в России и был назначен профессором в Казанский университет. Позднее Карл Федорович станет его ректором.

Параллельно Фукс изучал обычаи и обряды народов Казанской губернии — татар, чувашей и черемисов, как тогда называли марийцев. Мог говорить на татарском и читать на арабском языке.

Ему — единственному из врачей-немусульман в городе — татары доверяли медицинский осмотр женщин. Фукс многое сделал для просвещения своих соотечественников вне зависимости от их национальной принадлежности.

Мечеть Нурулла на пересечении улиц Московской и Парижской Коммуны. Фотобанк Лори.

И помогала ему в этом его супруга — Александра Фукс, урожденная Апехтина.

Поддерживая мужа в его этнографических изысканиях, она в стихах описывала историю Казани. Именно Александра Андреевна стала хозяйкой литературного салона, который четверть века собирал любителей изящной словесности из Казани и заезжих знаменитостей.

Здесь часто бывал Евгений Боратынский, сюда во время своего пребывания в Казани заглядывал Пушкин. Александр Сергеевич собирал материалы о восстании Пугачева.

Карл Фукс, знаток истории Казани, стал для Пушкина ценным знакомством. А его жене Александре при встрече знаменитый поэт заявил: «Нам не нужно с вами рекомендоваться — музы нас познакомили заочно, а Боратынский еще более».

Вернувшись в столицу, Пушкин получает письмо от Александры Андреевны с восторженными стихами о встрече и пишет ответное:

«После скучного трехмесячного путешествия по губерниям я был обрадован неожиданной находкою: письмом и посылкою из Казани. С жадностью прочел я прелестные ваши стихотворения, и между ними ваше послание ко мне, недостойному поклоннику вашей музы», — это строчки из письма Пушкина Александре Фукс.

Признаем честно, поэт умел быть галантным и вежливым: поэтические высоты, достигнутые Александрой Андреевной, с тем олимпом, на который взошел сам Александр Сергеевич, несравнимы. Но человеком она была для своего времени неординарным. Вот ее стихотворный автопортрет в образе греческой царевны:

Её богатство не прельщает,

И знатный род не занимает.

Её внимание влечёт или мудрец,

Или артист, или певец.

А вот шутливое описание коллекций мужа:

Имел он в чучелах премножество зверей, Морских причудных рыб и птиц из-за морей, В спирту животных тьму и столько же уродов,

Костей, зубов, усов, И в нескольких аршин рогов, И черепа едва ль не всех народов.

И в заключение стихи, посвященные самой Александре Фукс Евгением Боратынским, который был восхищен ее талантами:

Вы ль угадать могли свое предназначенье?

Как, вместо женской суеты,

В душе довольной красоты

Затрепетало вдохновенье?

Изучение творчества Александры Андреевны — это приглашение в мир нестоличного салона в первой половине XIX века. И одновременно убедительное доказательство, что литературная жизнь кипела не только в Москве и Петербурге.

А этот особняк справедливее называть «Дом Фуксов» потому, что роль Александры Андреевны в культурной жизни города немногим уступает роли ее знаменитого супруга.

Источник: https://dzen.ru/a/ZGcvpEiYaDOQ2NeT