Царь-колокол

«Царём» в русском обиходе называют не только монарха, главу государства, но и всё, что выдаётся из обыкновенного ряда: царь-птица – орёл, царь зверей – лев, царь-девица – зачинщица всех шалостей девичьих, та уж никому спуску не даст. Вот такой необыкновенный «царь» стоит возле Ивановской колокольни – Царь-колокол.

Так назвали самый большой колокол, отлитый на Руси. Царь-колокол считается самым большим в мире, вес его – 12 500 пудов, что составляет 200 т, высота его – 6 м 14 см, а диаметр – 6 м 60 см. Родословную свою Царь-колокол ведёт от Большого Успенского колокола весом значительно меньшим - всего 8 тысяч пудов. Во время пожара 19 июня 1701 г., когда «разошёлся огонь по всему Кремлю», колокол был повреждён и по приказу Конторы артиллерии и фортификации разбит на множество кусков. Их собрали, решили добавить ещё металла и отлить самый большой колокол – весом 10 тысяч пудов. Работу в 1730 г. поручили мастеру Ивану Моторину, из династии литейщиков. Иван Моторин с помощниками изготовил модель, приготовил на Ивановской площади огромную литейную яму – 10 м глубиной, укрепил её кирпичом и стал готовить форму для литья. Эти работы заняли более полутора лет – с января 1733 по ноябрь 1734 г. В зимний день 26 ноября 1734 г. началась плавка в четырёх литейных печах, но вскоре три печи вышли из строя, а потом пожар попортил конструкции. Иван Моторин умер, но дело продолжил его сын Михаил, и ровно через год в ночь на 25 ноября 1735 г. началась заливка расплавленного металла в форму. После нескольких лет подготовки это заняло всего 36 минут и окончилось благополучно. Моторин получил тысячу рублей и чин цейхмейстера литейных дел.

После успешной отливки началась кропотливая отделка, в которой ведущую роль играл скульптор Фёдор Медведев. Главным украшением колокола были портреты царя Алексея Михайловича, при котором отлили Большой Успенский колокол, и императрицы Анны Иоанновны, подписавшей указ об отливке его.

Однако обработку колокола завершить не пришлось: 29 мая 1737 г. разразился такой пожар, который Москва ещё не испытывала… До сих пор жива легенда, что на колокол, лежавший в яме, упала горящая кровля, её принялись поливать водой, раскалённый колокол треснул, и от него отвалился кусок весом 780 пудов (11,5 т). Однако по мнению наших современников - специалистов литейного дела – ещё до пожара, когда колокол отливали, и произошёл скол юбки колокола из-за нарушения технологии, что подтверждается многочисленными экспериментами. Скорее всего, литейщики и ответственный люд не торопились поднимать колокол на поверхность, боясь гнева и наказания от императрицы. Впоследствии туда спустили лестницу, расчистили проход, обнесли перилами и организовали осмотр колокола.

Много раз пытались вытащить гиганта из ямы, но вот только талантливый инженер, автор Исаакиевского собора в Петербурге, Огюст Монферран придумал, как это сделать. В 1836 г. над ямой поставили сложные леса, блоки, вороты, натянули канаты и колокол стал медленно выходить из многолетнего заключения, но… вдруг послышался треск, несколько канатов лопнули, колокол накренился и застыл над ямой. Надо было быстро сделать подставку под ним, но как? Двухсоттонный колокол мог в любую минуту рухнуть. И тут нашелся храбрец, который спустился в яму, установил подставку из бревен, на которую и опустили колокол. Тогда заказали новые прочные канаты, увеличили количество воротов и 26 июля 1836 г. в присутствии сотен наблюдателей, пришедших на Ивановскую площадь, несмотря на раннее время (начали подъём в 5 часов утра), колокол стали поднимать. Через 42 минуты и 33 секунды подъём закончился, яму покрыли помостом с катками, по которым и передвинули колокол на заранее подготовленный постамент, где он и стоит до сих пор. Несколько раз хотели припаять отколовшийся кусок, но было ясно, что это только испортит его звук.

Колокол украшен сложным рельефом и богатым орнаментом. Наверху в клеймах – изображения Христа, Богоматери и Иоанна Предтечи, апостола Петра и Анны Пророчицы. Ниже портреты царя Алексея Михайловича и императрицы Анны Иоанновны, а между ними в больших фигурных картушах с барочными завитками и цветками две трудночитаемые надписи. Ещё одна, более разборчивая надпись – помещённая на той стороне, которая обращена к колокольне Ивана Великого: «Лил сей колокол Росиской мастер Иван Федоров сын Моторин с сыном своим Михаилом Моториным».

#москвоведение #историямосквы #историякремля #московскийкремль #царьколокол #колоколароссии #иванмоторин