Роберт фальк (1886-1958)

«Высшее счастье живописца - петь красками»

Константин Юон

Роберт Фальк родился в 1886 году в Москве в интеллигентной еврейской семье; учился в известной своим высоким уровнем Петер-Пауль Шуле, некоторое время колебался между профессиональными занятиями музыкой и живописью — и выбрал живопись. Творческий путь Фалька отличался сложной, внутренне обоснованной эволюцией: молодость, связанная с первым объединением русского авангарда обществом «Бубновый валет», неопримитивизмом, сезаннизмом и кубизмом; поворот «к старым мастерам» в начале 1920-х; парижское десятилетие (1928-1937), отмеченное «возвратным импрессионизмом» и экспрессионистскими тенденциями; поздний период, вобравший опыт предшествующих лет.

Как и большинство мастеров русского авангарда, Фальк начинал с увлечения импрессионизмом. Картина «Ляля Фальк» была написана в год поступления Фалька в ВХУТЕМАС. Глядя на портрет его двоюродной сестры Ляли, вспоминаются детские образы импрессионистов О.Ренуара или Б.Моризо. Импрес-сионизм учит свежему живописному цвету, не ровно и покорно окрашивающему форму, но вобравшему в себя свет и рефлексы, учит свободной фактуре, непосредственности восприятия и передачи видимого.

В преддверии «Бубнового валета» в работах Фалька усиливается декоративность, контрастность цветовых полей - «Лиза в розовом» (Портрет первой жены художника Е.С.Потехиной), «Автопортрет на фоне крыш». Напоминающая панно В.Э.Борисова-Мусатова холодная гамма розового и зеленого в женском портрете контрастирует с «гогеновской» гаммой автопортрета — смуглым лицом на насыщенном золотисто-желтом фоне, словно отражая этот союз русской дворянки и еврея, северянки и этнического южанина.

Оба портрета написаны в год свадьбы Фалька и его первой жены, художницы Елизаветы Потехиной (1882−1963), сокурсницы Фалька, которая была старше его на четыре года. Ради прекрасной Лизы, девушки из старинного дворянского рода, еврей Фальк крестился, приняв имя Роман. Несмотря на неодобрительное отношение родителей Потехиной, молодые в 1909 году обвенчались в Костроме. За десять лет семейной жизни художник создал более 15 портретов Елизаветы, а на протяжении жизни — многочисленные портреты их сына Валерия. Безоблачные отношения пары со временем стали давать трещину, и, в конце концов, распались из-за романов Фалька.

Первую выставку «Бубнового валета» на Малой Дмитровке 1910 года можно считать первой авангардной выставкой в России. Фальк ближе всего к бубнововалетовцам в примитивистских портретах 1911 года. На выставке представлены три портрета, выполненные в стилистике провинциальных фотографий. О своей бубнововалетовской живописи Фальк писал: «В этот период я любил яркие, контрастные сочетания, обобщенные выразительные контуры, даже подчеркивал их темной краской. <.> В какой-то мере я отдал дань кубизму: многие вещи мои того времени отличаются сдвигами формы».

Примитивизм, определивший характер первых выставок «Бубнового валета», проявился в фальковских работах 1910-1912 годов: «Пристань. Серый день» (1911), «Пейзаж с парусом» (1912) и особенно в «Пейзаже со свиньями» (1912). Фальк запечатлевает мир русской провинции. Свиньи представлены как небольшое стадо бредущих по деревенской улочке, опустивших рыльце почти глиняных фигурок, различающихся только окрасом. Фальковский вариант примитивизма опирается не на вывеску, не на «подносную» живопись, как у других «бубновых валетов», он предпочитает народную игрушку.

В работах 1912 года у Фалька усиливаются графическая острота и экспрессия. В пейзаже «Церковь в лиловом» (церковь Ильи Пророка во 2-ом Обыденском переулке) ракурсы, сдвиги форм, напряженное сочетание цветов темно-синего неба, лилово-розовой церкви, черных силуэтов прохожих и бледной зелени деревьев, взметнувших к небу свои ветви, создают ощущение тревоги, драматического восприятия города. Чувствуется влияние немецкого экспрессионизма. У Фалька сдвиги, деформация не были знаками принадлежности к стилю, но проистекали из внутренней необходимости: «Я стремился сдвигами формы акцентировать эмоциональную выразительность».

Многие важные работы Фалька середины 1910-х годов были написаны им в Крыму. Пейзаж «Солнце. Крым. Козы» - произведение зрелого бубнововалетовского стиля Фалька. Здесь царит наполненное светом пространство — в отличие от того ярого пафоса материи, которым поражали холсты И.И.Машкова и П.П.Кончаловского. В связи с этой работой Фальк говорил, что чуть не ослеп, когда смотрел «прямо в лицо солнцу». Кажется, сила солнечного сияния, пропущенная сквозь кубистическую призму, превращается в динамичные цветовые блоки, которые сдвигают земные формы, заставляют отклоняться и «звенеть» кроны кипарисов.

Разрыв с первой женой Елизаветой Потехиной дался Фальку нелегко: зимой 1919 года он даже проходил лечение в психоневрологическом санатории в Покровском-Стрешневе, а через год супруги развелись официально. Елизавета Потехина «осталась одинокой на всю жизнь, но не переставала любить своего неверного, покинувшего ее мужа. Всю жизнь ждала, что он вернется…». Жить без Музы Фальк не мог. Его второй женой стала Кира Константиновна Алексеева, дочь известного режиссера Константина Сергеевича Станиславского. Фальк и Алексеева повстречались на этюдах в Бахчисарае. Кира Алексеева была прекрасной певицей и сильной художницей, как писал сам Фальк, обладала «бешеным талантом к живописи». В конце 1920 года Роберт и Кира стали жить вместе, а год спустя у них родилась дочь Кирилла.

Самое известное и драматичное полотно позднего кубистического периода — «Красная мебель». Фальк, даже работая над натюрмортом, хотел, чтобы это была «не жизнь вещей, а. усилившаяся внутренняя жизнь». Здесь натюрморт раздвигается, захватывает окружающее, вырастает в интерьер, одухотворение вещей достигает такого уровня, что этот интерьер всецело становится воплощение души человека, ее образом. И личные переживания, и трагическое напряжение времени отразились в картине, выражены в сдвигах плоскостей, в остром ритме силуэтов и теней.

1922 год Фальк считал переломным в своем творчестве. Он писал: «Я все более и более смотрю назад к старым мастерам». В работах 1922-1924 годов Фальк словно следует стремлению Сезанна создать из нового искусства «что-то такое же прочное и вечное, как искусство музеев». Особенно важными для него становятся Рембрандт, Тициан, Веласкес, Вермеер, Курбе, барбизонцы.

Раиса Вениаминовна Идельсон, поэтесса и художница, дочь известного витебского врача-терапевта Вениамина Идельсона, была третьей женой Роберта Фалька. С Фальком они впервые встретились в Витебске в 1921 году: художника пригласили преподавать в Школе Шагала, где он вел пленэры. В 1922 году Раиса поступила в Высшие художественно-технические мастерские (ВХУТЕМАС), и судьба привела ее на курс Роберта Фалька, который в то время был деканом живописного факультета. О встрече с Фальком Раиса Идельсон писала так: «Я увидела где-то наверху очень худое, очень усталое лицо человека лет 35. Сквозь круглые очки на меня внимательно и мягко смотрели большие, широко открытые серо-голубые глаза. Неужели этот большой, как-то по-детски беспомощный близорукий человек — профессор Фальк… По тому, как он смотрит на мою работу, сравнивая ее с натурой, по тому, как слушает мои несвязные речи, мне делается ясным, что Фальк именно такой учитель, такой художник и человек, какого я мечтала встретить!». Вскоре Раиса Идельсон и Роберт Фальк поженились.

В то время как в новой художественной культуре место станковой живописи и само ее дальнейшее существование ставились под вопрос, Фальк упорно и последовательно выстраивал завершенный самоценный мир станкового произведения. «Женщина в белой повязке» — один из вариантов прочтения сезанновской максимы «в природе все лепится на основе шара, конуса и цилиндра». Белые объемы упрощены почти до геометрических первооснов, цвет насыщен множеством оттенков, густой короткий мазок ритмично кроет по плотному нижнему слою все поле холста, образуя своего рода «броню». Такая фактура приобретает роль ограничивающей передней рамы и создает вязкую среду, в которую погружена модель.

1925-1928 годы определяются как период кризиса художника в его живописи, несмотря на наибольшую социальную устойчивость и признание: Фальк - профессор, декан живописного факультета ВХУТЕИНа. Нужна была радикальная перемена, и она последовала: с 1928 по 1937 год Фальк находился в длительной творческой командировке во Франции, побывал в Берлине, ездил в Бретань, на Корсику, в Арль и Экс, но больше всего работал в Париже. В этот период он, единственный из мастеров «Бубнового валета», входит в новое стилевое поле, сменившее кубизм, развивавшееся вне русла ар-деко, связанное и с импрессионистической, и с экспрессионистической традициями. Появляются близкие к экспрессионистической стилистике ненатурные картины («Воспоминание», 1929 (?); «Старухи (Одиночество)», 1933) - воображаемый групповой портретбывших жен и дочери.

Жена художника Раиса Идельсон вернулась из Парижа в 1929 году, а Роберт Фальк вместе с сыном - только в 1937 году в самый разгар сталинских репрессий. Он избежал ареста — во многом благодаря заступничеству бывшего тестя Константина Станиславского, а также дружбе с известным летчиком Андреем Юмашевым, который был его учеником. Девять лет, в течение которых русскому искусству выкручивали руки, боролись с формализмом, сочиняли соцреализм, прорабатывали, обличали, каялись, прошли мимо Фалька. Он вернулся в своего рода «пейзаж после битвы» и вписаться в него уже не мог и не хотел. Долгая выключенность из советского контекста сохранила его и определила тот путь частного человека, который позволил прожить собственную, а не навязанную извне жизнь в искусстве.

Летчик Юмашев и Фальк в 1938 году уехали в Среднюю Азию. Около года мастер жил и работал в Самарканде, Бухаре и Ташкенте. По возвращении поселился в мастерской в Доме Перцова на Пречистенской набережной.

Из четырех официальных жен Роберта Фалька только одна, последняя, не была художницей. Ангелина Васильевна Щёкин-Кротова родилась в семье потомственных дворян, и, получив образование, работала гидом-переводчиком в системе «Интуриста». С Ангелиной Фальк познакомился на своей персональной выставке, которая прошла весной 1939 года в Доме писателей: Фальку было 53 года, ей — 29. Вскоре они поженились и поселились в мастерской Фалька. Ангелине Васильевне достался самый «тяжелый» период в творчестве Фалька: художника критиковали за «формализм», его картины не покупали, заказов на оформление спектаклей практически не было. После начала Великой отечественной войны Фальк и Щекин-Кротова были эвакуированы; судьба занесла их в Башкирию, а затем в Самарканд. Фальк преподавал в Самаркандском областном художественном училище и, как обычно, много работал. 1943-й год принес Роберту Фальку горестное известие: его сын Валерий умер в госпитале от ран, полученных на фронте.

Роберт Фальк написал много портретов жены Ангелины Васильевны. Он говорил: «Я хочу довести лицо до лика». И рисовал ее прекрасные образы — таинственные, проникновенные, одухотворенные, исполненные красочного мерцания. Ангелина Щекин-Кротова вспоминала: «… Я его как-то спросила: «Роби, ну почему ты не хочешь, чтобы тебе не мешали работать?». Он сказал: «Мне все время кажется, что я могу пропустить так свое счастье». — «Какое счастье?» — «Не знаю какое, но я жду, а вдруг что-нибудь замечательное случится. Вдруг придет счастье, которого у меня никогда не было». Ну, я, конечно, ревниво спросила: «Может быть, придет и какая-нибудь женщина?». Он говорит: «Может быть. Не та, которую я знаю, а какая-то еще новая, необыкновенная, самая последняя и самая нужная».

И она пришла — самая последняя. И, наверное, самая нужная. Звали ее Майя Михайловна Левидова. Впервые она встретилась с Фальком случайно, на улице — художник был знакомым отца Майи, писателя Михаила Левидова. Девушке было тогда 15 лет; начинающая художница, она смотрела на Фалька с обожанием. Спустя годы они встретились снова. Майя стала ученицей и возлюбленной художника. Фальк постоянно метался между Майей и своей законной женой Ангелиной Щекин-Кротовой, которая страдала от сердечного заболевания; это останавливало Фалька, и он не просил у жены развод.

В картинах 1943 года, созданных в эвакуации в Самарканде, весомость, плотность, ощущение твердой почвы не только связаны с характером среднеазиатской природы, но и могут быть соотнесены с парадоксальным, однако отмечавшимся многими во время войны ощущением некой большей нормальности и устойчивости мира.

В 1955 году были созданы портреты выдающихся современников: С.М.Михоэлса, К.А.Некрасовой (1950), А.Г.Габричевского (1953) и множество женских портретов в характерном для Фалька «возвышенном» регистре.

Завершает путь художника мудрый и трагический «Автопортрет в красной феске» (1957). В 1958 году Роберт Фальк тяжело заболел; он не смог прийти на свою персональную выставку, которая весной того же года открылась в Московском Союзе художников. Осенью он скончался в больнице, на руках Майи Левидовой.

После кончины мужа Ангелина Щекин-Кротова, официальная вдова художника, посвятила свою жизнь наследию Роберта Фалька. Она составила опись его работ, и создала фотоархив и картотеку произведений мужа, написала литературные труды, посвященные художнику: «Из жизни рядом с Фальком» (1974), «Беседы об искусстве» (1981) «Становление художника» (1983), «Мой Фальк» (2005). Много картин и рисунков Фалька Ангелина Васильевна подарила музеям, она не жалела сил для организации персональных выставок Роберта Фалька.

Материал для публикации взят из открытых источников и из альбома Антона Успенского "Роберт Фальк" (Москва "Искусство XXI века" 2020)