От владимира до мурома

Серенькая толстолапая собачура лает, а я прислоняюсь щекой к храмовой стене и похлопываю ладошкой по камню, вырезанному и вставленному чьими-то руками в 1165-м году.

Обхожу церковь со всех сторон, поговорить с мужиками некогда, ведь вскоре надо сюда привезти и оставшихся наших товарищей.

Новое удивление: храм открыт! Выясняем, что здесь периодически служатся литургии, сюда приезжают венчаться. В летнее время существует даже доступ посуху.

Женщина лет пятидесяти, «городского» вида, продающая в храмовой лавчонке свечки, иконки, книги и сувениры, вполне приветлива. Покупаю для дочери красивый двусторонний крестик – со Спасом и Богородицей «Нерушимая Стена».

Храм невелик, лишён росписей. В близких стенах видна рыхловатая структура древнего, слегка желтоватого камня. Если бы не наличие трёх мозаичных икон и не светлый тон камня, то было бы похоже на армянские древние церкви, в коих мне доводилось бывать в 1984-м году. Ставим свечи, молимся.

Ухожу к вышке ЛЭП, чтоб снять оттуда храм (сквозь шиповник с осенними красными плодами) и тихо постоять хоть минутку в одиночестве – на мокрых стеблях усохшего бурьяна.

Выбираюсь в репьях, долго меня здесь дожидавшихся (вот пример сверхтерпения – у этих цепких непритязательных колючек!) и проникших даже в карманы, что было замечено мной совсем нескоро.

Хожу вокруг, задираю голову, невольно вспоминая первые (словно документальные) кадры фильма Тарковского, когда поэт Николай Глазков в роли летающего мужика уносится на горячем воздушном шаре от этого купола над речками и деревами.

Древние русичи воспринимали художественный образ архитектурного сооружения как «гласы чудные от вещей», подобные гласу труб, славящих Бога и святых.

Скульптурная фигура библейского певца венчает средние закомары фасадов храма по излюбленному в Средневековье принципу троичности. Своим появлением на стенах нерльской церкви она обязана, как принято считать, житию Андрея Юродивого. В одном из видений Андрея говорится о Давиде, который во главе сонма праведников пением славил Богородицу в храме Софии. «Слышу Давида, поюща тебе: Приведутся девы вослед тебе, приведутся в храм царев.». Давид считался одним из пророков, предвозвестивших Божественную миссию Марии. Богоматерь называли «Давидовым проречением».

Во времена Андрея Боголюбского на Владимирской Руси приобрело известность событие из Византийской истории X в.: явление Богоматери во Влахернском храме Константинополя святым Андрею Юродивому и Епифанию при нападении на греков сарацин 1 октября – так называемое «Влахернское чудо». Тогда же во Владимире учреждается праздник Всемилостивого Спаса и Пресвятой Богородицы (1 августа). В Византии на этот день приходилось празднование Животворящего Креста. Белокаменный Крест с высеченной на нём «Похвалой Кресту», стоявший в XII в. на пути к церкви Покрова, хранится сейчас в Боголюбовском храме. Все эти празднования – «Влахернского чуда», Спаса и Богородицы, Животворящего Креста – объединяет идея Божественного покровительства, которая со временем оформилась в особый праздник Покрова Богородицы.

Успенский собор во Владимире

Считается, что в пластике храма Покрова на Нерли и других храмов этого периода владимиро-суздальские мастера-резчики только нащупывали пути к соединению отдельных скульптурных групп в зрительно единый ряд. Задачу создания декоративных ансамблей решали уже их преемники. Здесь же в причудливом хороводе, опоясывая церковное здание, перемешались, переплелись мифологические образы, выступающие из плоскостей стен: девичьи лица, львиные чудо-морды, грифоны-симарглы, а то и тупоносые морды драконов, диковинные растения.

Стою в слезах – внизу, у реки, за большой поленницей дров. Благо, со стороны слёз не видно: дождь.

При возвращении видим, как чуть левей железнодорожного моста, сквозь пелену дождя, над Нерлью проступает Боголюбовский монастырь.

Княгининский монастырь

Вторым рейсом четырёхместная лодка забирает всю оставшуюся компанию.

Во Владимире подойдём мы и к запертому на реставрацию Дмитриевскому собору – храму с удивительной резьбой, за которую его в разных источниках называют «драгоценным ларцом», «каменным ковром» и «каменной поэмой».

566 резных камней на фасадах храма развернуты в причудливую картину мира, где образы христианства соседствуют с образами древней мифологии и сюжетами средневековой литературы.

Женщина в лавке храма Покрова на Нерли рассказала нам о чудотворной иконе Богоматери «Боголюбивая», той самой, что была написана по заказу Андрея Боголюбского. Дескать, икона находится в Княгинином монастыре Владимира, рядом, у Золотых ворот.

Конечно, мы отправились в Княгинин.

На наш стук мощную храмовую дверь открывает светлая ликом, прямо-таки просиявшая, сестрица в чёрном – послушница Евфросиния, невысоконькая женщина в летах.