Лукуллов пир

Лукуллов пир

Так мы говорим, пораженные изобилием и изысканностью стола в каком-нибудь доме, множеством блюд, роскошью трапезы. Своим возникновением выражение «лукуллов пир» обязано знатному римлянину консулу Луцию Лицинию Лукуллу, жившему в «золотом веке» Рима, когда Римская республика стала самый богатым и могучим государством древнего мира.

Давно исчезли спартанская простота и суровость нравов, возвысившие в свое время Рим над другими государствами. Воцарились изнеженность и утонченность, не знавшие пределов. Римским гастрономам теперь весь мир поставлял удивительные продукты для их кухни. Писатель Варрон свидетельствует: повара богачей жарили павлинов с острова Самос, рябчиков из Азии, журавлей из Греции. Закусывали устрицами из Южной Италии, на сладкое подавали египетские финики. Самые неистовые гастрономы изобрели даже кушанья из… соловьиных язычков.

И вот в Риме, который еще недавно гордился героями вроде Муция Сцеволы, великими трибунами, такими, как братья Гракхи, самым славным человеком стал «великий обжора» консул Лукулл. Говорят, он был образованным человеком, смелым воином и совершил поход в Армению. Однако никто не помнит уже, что Лукулл был полководцем и что он владел огромной библиотекой, в которую допускался каждый жаждущий знаний ценитель литературы: в памяти народов остались расточительство и обжорство Лукулла, роскошные пиры которого вошли в поговорку.