Дмитрий Сухарев Сорок два

Я лермонтовский возраст одолел, И пушкинского возраста предел Оставил позади, и вот владею Тем возрастом, в котором мой отец, Расчёта миномётного боец, Угрюмо бил по зверю и злодею. Отец мой в сорок лет владел брюшком И со стенокардией был знаком, Но в сорок два он стал как бог здоровый: Ему назначил сорок первый год Заместо валидола – миномёт Восьмидесятидвухмиллиметровый. Чтоб утвердить бессмертие строкой, Всего и нужно – воля да покой, Но мой отец был занят миномётом; И в праведном бою за волю ту Он утверждал опорную плиту, И глаз его на это был намётан. И с грудою металла на спине Шагал он по великой той войне, Похрапывал, укутавшись в сугробы. И с горсткою металла на груди Вернулся он, и тут же пруд пруди К нему вернулось всяческой хворобы. Отец кряхтел, но оказался слаб Пред полчищем своих сердечных жаб И потому уснул и не проснулся. Он юным был – надежды подавал, Он лысым стал – предмет преподавал, Но в сорок два – бессмертия коснулся. 1972