Байкальский Ваал

– Обычно люди радуются установке арт-объектов. Они украшают ландшафт, привносят в них какой-то новый смысл. Почему общественность недовольна этой скульптурой?

– Начнём с того, что Ольхон непоправимо изменится даже внешне. При том, что это – заповедник и охраняемый природный и культурный объект. Достаточно странно, когда кто-то берётся улучшать знаменитый ландшафт, который является в некотором роде священным. Оркнейские острова в Шотландии обладают культовым статусом до сих пор, несмотря на то, что там проживает так называемое передовое цивилизованное население. Их просто так попробуй-ка улучшить? Возвести там какое-нибудь «хайтековское» здание или арт-объект? На площади в городе – пожалуйста! Это – обсуждаемый момент. Но не в заповеднике или в национальном парке.

Возьмём, к примеру, острова Соловецкого архипелага или Кижи в Онежском озере в Карелии. Это сравнимые с Ольхоном по историческому значению объекты, где совершенно невозможно представить модернистскую статую.

Но, кроме того, внимательное изучение внешнего вида этой статуи, которую до недавнего времени нам демонстрировали исключительно со спины, показывает, что по своей сути это – культовый объект. Внешне схожий с известными по археологическим раскопкам финикийскими статуями Ваала или Молоха, сооружёнными ещё до нашей эры и хорошо известными нам по Ветхому Завету. Скульптура Намдакова – это такой же Ваал, только лесной и рогатый, хотя у оригинального Ваала тоже есть небольшие рожки, а нижняя пещера между опор или «ног» этого существа совершенно очевидно соотносится с печью. В которую, напомню, бросали жертвенных животных и, возможно, людей. Может быть, это не так, но художник ведь не даёт никаких комментариев. В конце концов, можно было бы показать и обсудить, откуда столь ярко выраженное сходство? Чем оно объяснимо? И самое главное, почему так настаивают именно на этом месте установки?

Молох или Ваал. Фото: www.globallookpress.com

Если бы это был арт-объект, то ему предпочтительнее было бы стоять в музее или на площади города, а не на островном берегу, куда затруднён доступ людям. В этом смысле художник должен был быть только рад пожеланию установить его скульптуру где-то в людном месте. Так или иначе, мы знаем, что такие предложения были, но скульптор от них категорически отказался.