Средства словесной образности

Средства словесной образности

Общеизвестно, что каждое слово обладает номинативной или, по мнению В.В. Виноградова, «дефинитивной функцией» [7, c. 18], т.е. мы можем наблюдать его, как средство для чёткого обозначения в языке, и тогда оно - простой знак, или – научный термин.

В процессе речевой коммуникации вещественное отношение и значение слова могут расходиться. Особенно это ощутимо, когда слово не называет предмета или явления, а образно его характеризует (например, a penetrating look (проникающий взгляд), The Iron Lady (Железная Леди). Слово представляет собой систему формы и значения, которая, в свою очередь, соотносится с другими смысловыми единицами языка.

Вне зависимости от его данного употребления слово присутствует в сознании со всеми своими значениями, со скрытыми и возможными, готовыми по первому поводу всплыть на поверхность. Контекст, несомненно, является местом для реализации и определения значения слова. В сущности, сколько обособленных контекстов употребления данного слова, столько и его значений, столько и его лексических форм. При этом, однако, слово не перестаёт быть единым.

Новые идеи позволяют обогащать язык, и одна и та же внешняя оболочка слова обрастает побегами новых значений и смыслов. Способы объединения и разъединения значений в структуре слова обусловлены семантической системой языка в целом или отдельных его стилей.

Слово или «название», по определению Л. Фейербаха, есть «сила чувства» человека, с присущей ей «функцией рода» [39, c.5]. Эти признаки могут не иметь никакой логической связи со значением для

прямого смысла слова. При необходимости отличать одно понятие от другого используется образ. Он является основой того или иного слова, который со временем часто стирается, забывается или выбирается человек в качестве произвольного выбора для использования в речи.

Те, кто впервые назвали птичку снигиря ( снегиря) нынешним, ставшим всеобщим его наименование, отметили характерную для неё одну черту: «почти на всей территории нашей страны, кроме северных её частей, - это один из ранних зимних гостей, прикочёвывающих к нам с севера вместе с первым снегом и заморозками» Эта же особенность птицы остановила на себе внимание и дававшего ей наименование серба, но его воображение выделило не конкретный признак зимы – снег, а зиму вообще: по-сербки птица называется зимовка. Первый назвавший её немец прошёл мимо этой особенности и удовольствовался совершенно случайным признаком: по-немецки снигирь называется Gimpel (ср. –в. –нем. gumpel), которое этимологически подходит к слову gumpen – «подскакивать», «подпрыгивать»: снигирь, стало-быть, представлялся «попрыгунчиком. Совсем произвольное другое, по-видимолму, первоначальное шутливое немецкое название снигиря – Dompfaff –«соборный поп».

Благодаря смысловой структуре слова, иными словами семой, его значение выделяет контекстуальные семы, в которых отражаются различного рода ассоциации, связанные с обозначаемым предметом или явлением, и возникают в определённых ситуациях употребления слова. За счёт контекстуальных сем в речи (тексте) создаются коннотативные смысловые оттенки значения языковой единицы, на основе которых могут развиваться произвольные значения.

Смысловая насыщенность слова определяет базу языка, т. е. его многозначность. Для выражения мысли важно, на сколько точно выбрано слово. Понимает ли слушатель значение слова или выражения? Как

правило происходит реализация одного из значений многозначного слова. Многозначность выступает в качестве приёма обогащения содержания речи.

Вторичная номинация привела к возникновению приёмов стилистической выразительности, которая привела к созданию языковых средств выразительности, опираясь на традиционные риторические модели. Существует две системы организации метафорической речи – тропы и фигуры. В риторике с античных времён приняты два подхода к тропам, где в одном – это единое целое, в другом, наоборот, происходит разделение понятий тропы и фигуры. Основание послужило специфическая особенность троп. Которая выполняла функцию пластичности и образности в тексте. Считалось, что тропы скорее являются средствами изобразительности, нежели выразительности.

Все значения в языке по происхождению образны, каждое может стать отвлечённым понятием. Оба состояния слова, образность и абстрактность, равно естественны. Если же слово, не имеющее образа, было нечто первоначальным (тогда как она всегда производно), то это произошло от того, что это слово есть временный покой мысли (тогда как образность - новый ее шаг). Впоследствии, базируясь на первичных поэтических формах (образности языка), древнегреческих, а за ними римских, были установлены два разряда поэтических и риторических выражений: figurae и tropi”.