"Сибиряки у стен Сталинграда"

«Сибиряки у стен Сталинграда»

Номинация: «Малая проза о войне»

2010г.

Сибиряки у стен Сталинграда

При подготовке к классному часу, посвященному 65-летию Победы в Великой Отечественной войне (в школе проводится акция «Никто не забыт, ничто не забыто), я долго думал, что заставит зазвучать тонкие струны в душах моих одноклассников. Может картина, описанная Ильей Эренбургом в стихотворении «1941»:

Мяли танки теплые хлеба,

И горела, как свеча, изба.

Шли деревни. Не забыть вовек

Визга умирающих телег,

Как лежала девочка без ног,

Как не стало на земле дорог.

Но тогда на жадного врага

Ополчились нивы и луга.

Именно — ополчились. Вот и нужно говорить, как на врага «шла большая русская земля», как шли мои земляки — сибиряки.

Маршал К. К. Рокоссовский дал им высокую оценку: «К началу наступления гитлеровских войск на Москву в 16-ю армию поступили свежие части. Особенно ощутимым было прибытие сибирской 78-й стрелковой дивизии под командованием генерала Белобородова. Эта дивизия сыграла большую роль в сражении под Москвой».

Обязательно использую отрывки из очерка Василия Гроссмана «Направление главного удара»:

«...Россия приняла всю тяжесть удара германского нашествия. В 1941 году германские полки двигались от моря до моря. В 1942 году немцы всю силу своего удара концентрировали в юго-восточном направлении. То, что в первую мировую распределялось на два фронта великих держав, что в 41-ом давило на одну лишь Россию фронтом в три тысячи километров, летом 42-го тяжким молотом обрушилось на Сталинград. А с осени всю огневую мощь минометных батарей, тысячи орудий и воздушных корпусов направили на северную часть города, на стоящий в центре промышленного района завод «Баррикады». Здесь был собран весь дьявольский арсенал германского милитаризма — тяжелые и огнеметные танки, шестиствольные минометы, армады пикирующих бомбардировщиков.»

В октябре оборону у завода было поручено нести сибирской дивизии. Сибиряки — народ крепкий, строгий, привыкший к холоду и лишениям, молчаливый, любящий порядок и дисциплину. Они в суровом молчании били кирками землю, рубили амбразуры в стенах цехов, устраивали блиндажи, окопы, ходы сообщения, готовя смертную оборону.

Гроссман описывает первое боевое крещение дивизии: «Едва дивизия успела закопаться в каменистую почву, едва управление дивизии ушло в глубокую штольню, выдолбленную в песчаной скале над Волгой, едва ночь сменилась рассветом, как немцы открыли огонь. Восемь часов подряд пикировали «Юнкерсы» на оборону дивизии. Восемь часов, без единой минуты перерыва, шли волна за волной немецкие самолеты. Восемь часов выли сирены, свистели бомбы, сотрясалась земля, рушились остатки зданий, в воздухе стояли клубы дыма и пыли, смертно выли осколки. Восемь часов сибиряки били всем своим оружием по немецким самолетам. Казалось, все живое должно быть сломлено, уничтожено, а сибирская дивизия, закопавшись в землю, не согнулась, не сломалась, а вела огонь — упрямая, бессмертная. Немцы ввели в действие тяжелые минометы и артиллерию. Шипение мин и вой снарядов присоединились к грохоту бомб. Так продолжалось до ночи.»

На память приходят строки Сергея Васильева «Землякам-сибирякам»:

Я вас славлю за геройство,

за уменье воевать,

за решительное свойство

никогда не унывать;

за обычай рвать с размаха

вьюги огненной кольцо

и всегда смотреть без страха

смерти бешеной в лицо.

Всю ночь позиции дивизии обрабатывала немецкая артиллерия, и, едва взошло солнце над изуродованной немецким железом землей, появились пикировщики. И снова завыли сирены, черное облако пыли и дыма поднялось над заводом.

«На третий день немецкие самолеты висели над дивизией уже не восемь,а двенадцать часов, - пишет Гроссман. Они оставались в воздухе после заката, и из ночного неба обрушивались на пылающую землю фугасные бомбы. Сто артиллерийских полков работало на немцев в районе Сталинграда. Они устраивали огневые налеты, вели изматывающий методичный огонь по ночам.

По нескольку раз в день вдруг замолкали немецкие пушки, минометы, исчезали пикировщики, наступала тишина. Эта короткая тишина предшествовала атаке.

Иногда немцы подходили на расстояние тридцати-сорока метров. Сибиряки видели их грязные лица, слышали выкрики, насмешки. А после того, как немцы откатывались, на дивизию с новой яростью обрушивались пикировщики, огонь артиллерии и минометов.»

В течение месяца немцы произвели сто семнадцать атак на полки сибирской дивизии. Был один страшный день, когда немецкие танки и пехота двадцать три раза ходили в атаку. Все атаки были отбиты. Сибиряки шли в контратаки.

Снова обращаюсь к Эренбургу:

...Шли солдаты бить и перебить,

Как ходили прежде молотить,

Смерть предстала им не в высоте,

А в крестьянской древней простоте,

Та, что пригорюнилась, как мать,

Та, которой нам не миновать.

Затвердело сердце у земли,

А солдаты шли, и шли, и шли.

И далее читаю у Гроссмана: «В течение месяца каждый день немецкая авиация висела над дивизией десять-двенадцать часов. Все это происходило на фронте длиною полтора-два километра. Немцы полагали, что перекрыли предел сопротивления защитников завода. Но удивительное дело — люди не сошли с ума, не потеряли власть над своими сердцами и нервами. Молчаливый, кряжистый сибирский народ выдерживал сверхчеловеческое напряжение. Бойцы обогатились великим и жестоким опытом.

Приезжавшие с левого берега с изумлением смотрели на не ведавших страха людей, державших смертную оборону. Героизм стал будничной каждодневной привычкой сибиряков.

К концу второй декады немцы предприняли решительный штурм завода. Такой подготовки не знал мир. Восемьдесят часов подряд работала авиация, тяжелые минометы и артиллерия. Три дня и три ночи превратились в хаос дыма, огня и грохота. Затем подготовка кончилась, и сразу же в атаку перешли танки, пьяные орды автоматчиков, пехотные немецкие полки. Немцам удалось ворваться в завод, рассечь нашу оборону. Казалось, что лишенная управления дивизия, потеряет способность к сопротивлению. Но произошла удивительная вещь: каждая траншея, блиндаж, стрелковая ячейка превратились в крепости со своим управлением.

Этот невиданный по ожесточенности бой длился, не переставая, несколько суток. Он шел уже не за отдельные дома и цеха, он шел за каждую отдельную ступеньку лестницы, за угол в тесном коридоре, за отдельный станок, за пролет между станками. Ни один человек не отступал в этом бою. Много раз переходили заводские цеха от сибиряков к немцам, и снова сибиряки захватывали их.

Три немецкие дивизии боролись против сибиряков. Пяти тысяч немецких жизней стоили сто семнадцать пехотных атак. Сибиряки выдержали это сверхчеловеческое напряжение. Тысячи тонн снарядов, мин, авиабомб упали на заводской двор, на цеха, но дивизия выдержала напор. Она не сошла со смертного рубежа, не оглянулась назад. Она знала: за спиной ее была судьба страны.»

Классный час закончился. Обычно шумные мои одноклассники долго сидели притихшие, молчаливые. Такие они бывают, когда ухаживают за могилой одинокого односельчанина - ветерана Великой Отечественной войны Василия Александровича Слободина.

Я пытаюсь понять, как выковывалась эта великая стойкость сибиряков. Спрашиваю себя, смог бы я выстоять в то жестокое время. Перед собой честен — смог бы. А сейчас я стараюсь поступать так, чтобы быть достойным памяти воинов-сибиряков.

Литература

Великая Отечественная война 1941-1945: энциклопедия. - /Гл. ред. М. М. Козлов/-М.: «Советская энциклопедия», 1985, - 832 с.

Великая Отечественная война. 1941-1945: энциклопедия для школьников. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005, - 512 с.

Великая Отечественная война. 1941-1945. События. Люди. Документы. - М.: Издательство политической литературы, 1990, -464 с.

Великая Отечественная. Стихотворения и поэмы. В двух томах.-М.: «Художественная литература», 1975.

Оружие Победы 1941-1945. - М.: «Советская энциклопедия», 1975,

От советского информбюро... 1941-1945. Публицистика и очерки военных лет.- М.: Издательство Агентства печати Новости, 1982, -318 с.

Школьная энциклопедия «Руссика». История России. 20 век — М.: ОЛМА-ПРЕСС Образование, 2003, -544 с.