«Я, гений Игорь-Северянин»

Игорь Северянин

16 мая 1887 — 20 декабря 1941

«Я, гений Игорь-Северянин»

2

2

Я выполнил свою задачу,

Литературу покорив.

Бросаю сильным наудачу

Завоевателя порыв.

Но, даровав толпе холопов

Значенье собственного «я»,

От пыли отряхаю обувь,

И вновь в простор — стезя моя.

Схожу насмешливо с престола

И, ныне светлый пилигрим,

Иду в застенчивые долы,

Презрев ошеломленный Рим.

Я изнемог от льстивой свиты,

И по природе я взалкал.

Мечты с цветами перевиты,

Росой накаплен мой бокал.

1

1

Я, гений Игорь Северянин,

Своей победой упоен:

Я повсеградно оэкранен!

Я повсесердно утвержден!

От Баязета к Порт-Артуру

Черту упорную провел.

Я покорил литературу!

Взорлил, гремящий, на престол!

Я — год назад — сказал: «Я буду!»

Год отсверкал, и вот — я есть!

Среди друзей я зрил Иуду,

Но не его отверг, а — месть.

«Я одинок в своей задаче!»-

Прозренно я провозгласил.

Они пришли ко мне, кто зрячи,

И, дав восторг, не дали сил .

Нас стало четверо, но сила

Моя, единая, росла.

Она поддержки не просила

И не мужала от числа.

Она росла в своем единстве,

Самодержавна и горда, -

И, в чаровом самоубийстве,

Шатнулась в мой шатер орда…

От снегоскалого гипноза

Бежали двое в тлен болот;

У каждого в плече заноза, -

Зане болезнен беглых взлет.

Я их приветил: я умею

Приветить все, — божи, Привет!

Лети, голубка, смело к змию!

Змея, обвей орла в ответ!

Мой мозг прояснили дурманы,

Душа влечется в примитив.

Я вижу росные туманы!

Я слышу липовый мотив!

Не ученик и не учитель,

Великих друг, ничтожных брат,

Иду туда, где вдохновитель

Моих исканий — говор хат.

До долгой встречи! В беззаконце

Веротерпимость хороша.

В ненастный день взойдет, как солнце,

Моя вселенская душа!

1912 г.

2. В агонизирующем мире нет места эстетике, культуре, традиции. Мир, который создал поэт-футурист, отличается тем, что там нет скучных традиций и известной эстетики.

Поэт все видят иначе. Они разрушают все старое, чтобы построить новое необычное . Однако немногие этого понимают и поэтом приходиться быть одинокими в свей задаче:«…- Я одинок в своей задаче!- Презренно я провозгласил. Они пришли ко мне, кто зрячи, И, дав восторг, не дали сил...» «…Я их приветил: я умею Приветить все,- божи, Привет! Лети, голубка, смело к змею! Змея! обвей орла в ответ!...».

1. Мир разрушен, состоит лишь из обломков. Задача поэта – ускорить этот процесс. Поэт сам рушит мир, создает свои правила и сам нарекает себя великим творцом чьи труды, превосходят всю литературу: «…Я изнемог от льстивой свиты, И по природе я взалкал. Мечты с цветами перевиты, Росой накаплен мой бокал. Мой мозг прояснили дурманы, Душа влечется в Примитив. Я вижу росные туманы! Я слышу липовый мотив!..» «…До долгой встречи! В беззаконце Веротерпимость хороша. В ненастный день взойдет, как солнце, Моя вселенская душа!».

4. Поэт – Бог, абсолютный новатор. Он бросает вызов всем и вся. В стихотворении поэт никому не подвластен. Он создает будущие. Не сдерживает своих эмоций для того, чтобы излить их на бумаге. Поэт-футурист ставит себя на равно Бога, потому что он обладает таким большим потенциалом, что готов смело заявить, что он превосходит всю литературу от А до Я: «…Я, гений Игорь-Северянин, Своей победой упоен: Я повсеградно оэкранен! Я повсесердно утвержден! От Баязета к Порт-Артуру Черту упорную провел. Я покорил Литературу! Взорлил, гремящий, на престол!..» «…Я выполнил свою задачу, Литературу покорив. Бросаю сильным на удачу Завоевателя порыв…».

3. Искусство абсолютно свободно от реальности, поэтому нужен такой же свободный язык. Важнее не смысл, а магия звучания. Будто заклинание, молитва, звуки шаманского бубна, удары гонга – звучат стихи футуристов. В этом стихотворении не так легко уловить суть, потому что нужно абстрагироваться от реальности и только тогда возможно обрести свободу. Свободу, которая поможет понять и принять своеобразный язык футуристов: «…Я повсеградно оэкранен! Я повсесердно утвержден!..»«…От снегоскалого гипноза Бежали двое в тлень болот; У каждого в плече заноза,- Зане болезнен беглых взлет…» «…До долгой встречи! В беззаконце Веротерпимость хороша…».

Игорь Северянин (урожденный Игорь Лотарев) родился в Петербурге. Уже в восьмилетнем возрасте он написал свое первое стихотворение — «Звезда и дева»

Вот и звезда золотая

Вышла на небо сиять.

Звездочка верно не знает,

Что ей недолго блистать.

Так же и девица красна:

Выйдет на волю гулять,

Вдруг молодец подъезжает, —

И воли ее не видать.

Между его родителями — военным инженером Василием Лотаревым и Натальей Лотаревой, происходившей из богатого дворянского рода Шеншиных, были сложные отношения. В 1896 году они разошлись. В этом же году отец будущего поэта ушел в отставку и вместе с сыном переехал в усадьбу Сойволе близ Череповца. Там Игорь закончил четыре класса реального училища, а весной 1903 года они с отцом уехали на Дальний Восток. Поездка через всю Россию вдохновила 16-летнего юношу, и он вновь стал писать стихи. Сначала любовную лирику, а с приближением Русско-японской войны — патриотические тексты.

В конце 1903 года Игорь Северянин переехал в Петербург к матери, разорвав отношения с отцом. Его Северянин больше не увидел: через год отец умер от туберкулеза

В 1905 году в солдатском журнале «Досуг и дело» появилось стихотворение Северянина «Гибель Рюрика» с подписью «Игорь Лотарев». На деньги дяди он начал выпускать тоненькие брошюры стихотворений и отправлял их в редакции, чтобы получить отзывы. Поэт вспоминал: «Одна из этих книжонок попалась как-то на глаза Н. Лухмановой, бывшей в то время на театре военных действий с Японией. 200 экземпляров «Подвига «Новика» я послал для чтения раненым солдатам. Но отзывов не было…» Всего поэт издал 35 брошюр, которые позже решил объединить в «Полное собрание поэз».

Погиб в бою с японскими кораблями, героически сопротивляясь более современным и многочисленным крейсерам противника.

В 1904 году после битвы у Корсакова крейсер был затоплен экипажем. С 1906 года, после подъёма и восстановительного ремонта, находился в составе японского флота под названием «Судзуя».

Надежда Александровна Лухманова

Русская писательница, автор романов, публицистических статей, пьес, переводов, феминистка. Мать морского капитана и писателя Д. А. Лухманова и военного деятеля и писателя Б. В. Адамовича.

Вскоре Северянин познакомился со своим главным поэтическим учителем — Константином Фофановым, который позже представил его редакторам и писателям. День первой встречи с Фофановым был для Северянина праздником, который он ежегодно отмечал.

Константи́н Миха́йлович Фо́фанов (18 мая 1862 года, Санкт-Петербург, Российская империя — 17 мая 1911 года, Санкт-Петербург, Российская империя) — русский поэт-романтик, не входивший явно ни в одну из поэтических школ. Предвосхитил в своём творчестве модернизм и символизм. Отец поэта-эгофутуриста К. К. Фофанова (Константина Олимпова).

Тогда же поэт взял себе псевдоним — Игорь-Северянин. Поэт задумал именно такое написание — через дефис, однако в печати оно не закрепилось.

Примерно в это же время стали появляться первые заметки по поводу поэтических брошюр: «Было их немного, и критика в них стала меня слегка поругивать». Обругал поэта и Лев Толстой. В 1909 году писатель Иван Наживин привез в Ясную Поляну брошюру «Интуитивные краски» и зачитал некоторые стихотворения графу. «Чем занимаются!.. Это литература! Вокруг — виселицы, полчища безработных, убийства, невероятное пьянство, а у них — упругость пробки!» — сказал тогда Толстой. Негативный отзыв почтенного литератора вызвал волну интереса к творчеству Северянина: на каждую его брошюру в прессе появлялись комментарии (далеко не всегда положительные), поэта приглашали на благотворительные вечера, а журналы стали печатать его стихи. Игорь Северянин вошел в моду.

«Ассоциация эгофутуризма» и поэзоконцерты

В 1910 году главное литературное течение начала XX века — символизм — стало переживать кризис: обнаружились внутренние противоречия и разные взгляды символистов на задачи искусства. Игорь Северянин выступил с идеей создания нового направления — эгофутуризма. В «Ассоциацию эгофутуризма» вошли поэты: Константин Олимпов и Иван Игнатьев, Вадим Баян и Георгий Иванов. В интервью одной белградской газете Игорь Северянин рассказал о создании нового направления и подчеркнул, что его « главной целью было утверждение своего «я» и будущего. А главной доктриной была «Душа-истина»» . Кружок эгофутуристов существовал недолго: уже через год после его образования поэты разошлись, а Игорь Северянин написал «Эпилог эгофутуризма».

Эгофутуризм- Русское литературное течение 1910-х гг., развившееся в рамках футуризма. Помимо общего футуристического письма для эгофутуризма характерно культивирование рафинированности ощущений, использование новых иноязычных слов, показное себялюбие.

Еще более громкая известность пришла к Северянину после того, как в 1913 году вышел его первый том стихов «Громокипящий кубок», в издании которого поэту помогал писатель Федор Сологуб. В этом же году Северянин вместе с Федором Сологубом и Анастасией Чеботаревской совершил свое первое турне по России. В эти годы слава поэта граничила с идолопоклонничеством: поэзоконцерты, как называл их сам поэт, буквально ломились от публики, завороженной своеобразной музыкальной манерой чтения. Игорь Северянин выступал в длинном черном сюртуке. Меря сцену большими шагами, он читал поэзы нараспев, не смотря в зрительный зал. Поэт Абрам Арго в книге «Своими глазами: книга воспоминаний» писал о выступлениях Северянина:

«Большими аршинными шагами в длинном черном сюртуке выходил на эстраду высокий человек с лошадино-продолговатым лицом; заложив руки за спину, ножницами расставив ноги и крепко-накрепко упирая их в землю, он смотрел перед собою, никого не видя и не желая видеть, и приступал к скандированию своих распевно-цезурованных строф. Публики он не замечал, не уделял ей никакого внимания, и именно этот стиль исполнения приводил публику в восторг».

Абрам Арго

Автопредисловие

Я — противник автопредисловий: мое дело — петь, дело критики и публики судить мое пение. Но мне хочется раз навсегда сказать, что я, очень строго по-своему, отношусь к своим стихам и печатаю только те поэзы, которые мною не уничтожены, т. е. жизненны. Работаю над стихом много, руководствуясь только интуицией; исправлять же старые стихи, сообразно с совершенствующимся все время вкусом, нахожу убийственным для них: ясно, в свое время они меня вполне удовлетворяли, если я тогда же их не сжег. Заменять же какое-либо неудачное, того периода, выражение «изыском сего дня» — неправильно: этим умерщвляется то, сокровенное, в чем зачастую нерв всей поэзы. Мертворожденное сжигается мною, а если живое иногда и не совсем прекрасно,— допускаю, даже уродливо,— я не могу его уничтожить: оно вызвано мною к жизни, оно мне мило, наконец, оно — мое!

Игорь-Северянин

Berceuse осенний

День алосиз . Лимонолистный лес Драприт стволы в туманную тунику. Я в глушь иду, под осени berceuse, Беру грибы и горькую бруснику.

Кто мне сказал, что у меня есть муж И трижды овесененный ребенок?.. Ведь это вздор! ведь это просто чушь! Ложусь в траву, теряя пять гребенок...

Поет душа, под осени berceuse, Надежно ждет и сладко-больно верит, Что он придет, галантный мой Эксцесс, Меня возьмет и девственно озверит.

И, утолив мой алчущий инстинкт, Вернет меня к моей бесцельной яви, Оставив мне незримый гиацинт, Святее верб и кризантэм лукавей...

Иду, иду, под осени berceuse, Не находя нигде от грезы места, Мне хочется, чтоб сгинул, чтоб исчез Тот дом, где я — замужняя невеста!..

1912. Февраль

Лесофея Она читает зимой Евангелье, Она мечтает о вешнем ангеле. Душой поэта и аполлонца Все ожидает литавров солнца! Умом ребенок, душою женщина, Всегда капризна, всегда изменчива, Она тоскует о предвесеньи, О незабудках, о росной сени... И часто в ложе, на пестрой опере, Когда ей сердце мечты отропили, Она кусает платок, бледнея,— Дэмимонденка и лесофея!.. 1912

Лимонолистный – неологизм-эпитет к лесу с лимонными деревьями.

Драприть – окказиональный глагол – галлицизм от французского draper, означающего драпировать, покрывать материей, собранной складками тканью (здесь образно: покрывать стволы туманной туникой).

В стихотворении  «Berceuse осенний» (1912), где «Berceuse» с французского –это  колыбельная песня, Северянин использовал несколько неологизмов, указанных в Словаре неологизмов Сергея Толстого (, которые мы выделили в следующих строках:      День АЛОСИЗ. ЛИМОНОЛИСТНЫЙ лес      ДРАПРИТ стволы в туманную тунику.           Алосиз здесь краткая форма образованного автором сложного прилагательного алосизый, применённого эпитетом к слову

Полусве́т (дэмимонд) — ироническая характеристика высших слоёв французского и английского (реже — американского) общества второй половины XIX века в их публичной жизни

• Демимонде́нка
• Разговорное, устарелое: женщина полусвета, демимонда.

разг., устар. женщина лёгкого поведения, принадлежащая к демимонду 

Образованное как сокращение от «лесная фея», это слово появилось в стихотворении 1912г. с таким названием

В разгар Первой мировой войны Игорь Северянин стал выпускать сборники один за другим: «Ананасы в шампанском», «Наши дни», «Поэзоантракт» . Однако они уже не вызывали такого восторга, как «Громокипящий кубок». Критика ругала поэта за то, что он эпатировал публику, использовал множество иностранных и выдуманных слов. Поэт Валерий Брюсов отозвался о нем в статье 1915 года: «Как только Игорь Северянин берется за тему, требующую преимущественно мысли… бессилие его обнаруживается явно. Игорю Северянину недостает вкуса, недостает знаний».

Ананасы в шампанском!

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Удивительно вкусно, искристо и остро! Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском! Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо! Стрекот аэропланов! Беги автомобилей! Ветропросвист экспрессов! Крылолёт буеров! Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили! Ананасы в шампанском — это пульс вечеров! В группе девушек нервных, в остром обществе дамском Я трагедию жизни претворю в грезофарс… Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Из Москвы — в Нагасаки! Из Нью-Йорка — на Марс!

Неологизмы и окказионализмы Северянина

Северянин известен как автор многих неологизмов. В Словаре неологизмов Сергея Толстого (377) их указано более сотни, но и то далеко не все, которые и мы вряд ли сможем полностью рассмотреть в наших примерах.

Больше всего у Северянина неологизмов, образованных приставочно-суффиксальным способом, а также заимствований из иностранных слов, впервые введённых в русскую поэтическую речь, в том числе таких сегодня широко распространённых «технических», прозаичных, слов, как авиатор, авиация, автобус, асфальт, дирижабли, лаборатории, мотор, пропеллер.

              Эти сложно-составные новые слова поэт использует в стихотворении «Клуб дам» (1912):      Я в комфортабельной карете, на эллипсических рессорах,      Люблю заехать в ЗЛАТОПОЛДЕНЬ на чашку чая в ЖЕНОКЛУБ,      Где вкусно сплетничают дамы о светских дрязгах и о ссорах,      Где глупый вправе слыть не глупым, но умный непременно глуп... Слово женоклуб было включено в Словарь неологизмов Сергея Толстого, а златополдень почему-то не удостоился такой чести, может быть Толстой считал его давно известным.

ЯДОСМЕХ

Этот неологизм Северянин использовал в стихотворении «Уайльд» (1911):

Его душа — заплёванный Грааль,

Его уста — орозненная язва…

Так: ЯДОСМЕХ сменяла скорби спазма…

Без слез рыдал иронящий Уайльд.

Личная жизнь

Первой любовью Игоря Васильевича была 17-летняя кузина Елизавета Лотарёва. Игорю было всего … 12 лет! После пяти лет полудружбы, полулюбви кузина вышла замуж. Брачный ритуал так чувствительно повлиял на будущего гения поэзии, что ему стало дурно прямо в церкви.

1905-й год. Поэт только достиг совершеннолетия (родился в 1887 году). И вдруг - встреча со стройной красавицей с золотистыми волосами («Златой») Евгенией Гуцан. Задарив её стихами (больше он ничем не владел), поэт-эгофутурист прожил с первой гражданской женой под одной крышей … только три недели.          Дольше жить было не на что. И Злата поселилась у богатого и старого мецената, которому родила свою вторую дочь. Первая её дочь Тамара была рождена от Северянина. И увидел её, будущую балерину, поэт впервые только в Германии, когда ей стукнуло 16 лет.

Идет весна в сиреневой накидке,

В широкой шляпе бледно-голубой,

И ландышей невидимые струйки

Бубенчиками в воздухе звучат...

Она, смеясь, мои щекочет нервы,

Кокетничает мило и остро...

Я к ней спешу, и золотою Златой

Вдруг делается юная весна,

Идущая в сиреневой накидке,

В широкой шляпе бледно-голубой...

Потом «Дон-Жуан» жил с некоей Семёновой Еленой Яковлевной, родившей ему дочь Валерию Игоревну, жившую с 1913 по 1976 годы

В Эстонии поэт-эмигрант с 1918 года поселился с приятной дамой Волнянской (Домбровской) Марией Васильевной

Вроде бы его нежно и страстно любившей. Но проза жизни в маленьком селении на Балтике Эст-Тойла страсти «Музы музык» охладила. Она вернулась в Петроград одна, вспоминая 1915-1920 годы, проведённые вместе.

В этот интервал как-то непонятно втиснулась связь с сестренкой Евгении Гуцан Елизаветой Тимофеевной Гуцан. Связь оказалась совсем уж короткой. Она родила ему в 1918 году сына, который, как и мать, в том же году скончался в Питере от голода и холода .

Северянин влюбился без памяти В тот памятный «сологубовский» вечер в Минске она познакомилась и с Северяниным. Как мужчина он не произвел на нее особого впечатления. «С Сологубом приехал прилизанный, с прямым пробором Игорь Северянин, который пел скрипучим неприятным голосом своей поэзы», — так описывала она свою реакцию много лет спустя. Однако какое это могло иметь значение! Ведь он был поэтом, одним из самых новых и модных! После недолгих колебаний Сонечка решилась. Звонок. Шаги. Стук в дверь. «Войдите!» — И входит девушка. Вуаль Подняв, очей своих эмаль Вливает мне в глаза, и нити Зелено-бронзовых волос Капризно тянутся из кос. Передает букет гвоздики Мне в руки, молча и бледна, Ее глаза смелы и дики: «Я Сонечка Амардина» Так описывает их встречу Северянин. Все в этих стихах правда и неправда.

    В 1921 году покинула этот свет жившая с поэтом мать.         Страдая от одиночества, даже не отметив «сороковин» матери, Игорь Васильевич в Тарту обвенчался с Фелиссой Круут, эстонкой, образованной дочерью плотника, у которого он снимал дачу в Тойла.        «Фишка»-Круут оказалась не похожей на шальную «Сонку», возлюбленную поэта Софью Сергеевну Шемардину. В прямой и очень серьёзной эсточке-«королевочке» не было ни обаяния, ни ликующей свежести. Зато хватало практичного ума, твёрдости характера, а главное – врожденной верности, сочетавшейся с ревностью.        Такой выносливой и надёжной спутницы жизни у поэта больше не будет. В 16-летнем браке Фелиссочка буквально сберегла русского поэта, будучи ему помощницей и в общении с коллегами – эстонскими литераторами (сама писала стихи, но их не печатала).       Мне не ясно, почему Лотарёва-Крутт и Северянин расстались. Но перед самой смертью Игорь Северянин признал, что его разрыв в 1935 году был ошибкой.       Фелисса Круут жила недолго, с 1902 по 1957 год А вот их сын со странным именем Вакх провёл долгую жизнь (1922-1991) за границей, уехав в Швецию в 1944 году.

ВЕРА КОРЕНДИ

Нужда, тяжелые болезни, взаимное раздражение в семье – и в 1931 году в жизнь Северянина врывается другая женщина. Вера Коренди (Коренева, урожденная Запольская) с 15 лет была романтически увлечена поэзией Игоря Северянина и внушила себе, что ее назначение - быть рядом с поэтом, создавать ему условия для творчества.

Мой лучший друг, моя святая!

Не осуждай больных затей:

Ведь я рыдаю не рыдая,

Я человек не из людей!..

Не от тоски, не для забавы

Моя любовь полна огня:

Ты для меня дороже славы,

Ты - всё на свете для меня!

Я соберу тебе фиалок

И буду плакать об одном:

Не покидай меня - я жалок

В своём величии больном...

Но Фелисса его не простила. ..

Вера Коренди  стала спутницей Северянина  в последние годы его жизни. 

Все мои принцессы – любящие жёны, Я их повелитель, любящий их муж. Знойным поцелуем груди их прожжены, И в каскады слиты ручейки их душ.

Oтношение Cеверянина к революции

Поэт Игорь Северянин отказался принимать идеи революции

и в 1918 году эмигрировал в Эстонию,

которая до Великой Отечественной войны оставалась

независимым европейским государством.

Однако один из ярчайших русских эгофутуристов, "король поэтов",

пристально следил за событиями в СССР, тосковал по родине

и верил в её возрождение:

КЛАССИЧЕСКИЕ РОЗЫ В те времена, когда роились грезы В сердцах людей, прозрачны и ясны, Как хороши, как свежи были розы Моей любви, и славы, и весны! Прошли лета, и всюду льются слезы... Нет ни страны, ни тех, кто жил в стране... Как хороши, как свежи ныне розы Воспоминаний о минувшем дне! Но дни идут — уже стихают грозы. Вернуться в дом Россия ищет троп... Как хороши, как свежи будут розы, Моей страной мне брошенные в гроб! 1925

К 1940 году Игорь  Северянин  совсем перестал писать стихи, здоровье резко ухудшилось, но денег не было ни на врачей, ни на лечение, ни на саму жизнь. И потому без всяких политических причин, без лакейства и трусости он искренне, как никто другой, был рад оккупации  Эстонии   Советским Союзом.

Скончался поэт после продолжительной болезни сердца 20 декабря 1941 года в Таллине, куда перебрался после того, как немцы оккупировали Эстонию. Он похоронен на Александро-Невском кладбище.

Маяковский vs Северянин

27 февраля 1918 года в Москве состоялся, как сказали бы сегодня, «поэтический баттл» за звание «короля поэтов». В поединке участвовали как многие именитые, так и никому не известные поэты. Но основное противостояние развернулось между Владимиром Маяковским и Игорем Северяниным. Звание «короля» присуждалось голосованием публики. Результат оказался неожиданным.

Игорь Северянин приехал в Москву в феврале 1918 года из эстонского поселка Тойла, чтобы участвовать в вечере избрания «короля поэтов». Громкое событие проходило в Большой аудитории Политехнического музея. Принять в нем участие мог любой желающий. Больше всего набралось поэтов-футуристов. Главным и сильнейшим из них был Владимир Маяковский.

Маяковский начал сочинять «Облако в штанах», декламируя Северянина

Ко времени выборов «Короля поэтов» Маяковский и Северянин дружили, спорили и соперничали друг с другом уже пять лет. Молодых поэтов познакомила Софья Шамардина, за которой они оба ухаживали. В 1913 году был опубликован сборник стихов «Громокипящий кубок», принесший Игорю Северянину большой успех. В этом же году Маяковский написал цикл из четырех стихотворений «Я», уже содержащий многие лирические приемы, которые прославят «агитатора, горлана-главаря». В ноябре того же года поэты начинают выступать вместе, отправляются в турне по российской провинции в составе футуристов. Их стихи, манера общения с публикой, поведение на сцене и даже стиль одежды резко различались. Маяковский в желтой кофте рубил воздух громогласными рифмами, а Северянин в смокинге и с тростью в руках мягко исполнял стихи нараспев.

Маяковский   и   Северянин  какое-то время были друзьями, но поссорились из-за разностей характеров. Если  Маяковский  раздражал  Северянина  своим хамством, то  Маяковский  злился на  Северянина  из-за его интеллигентности. При этом  Маяковский  оскорблял  Северянина  в своих стихах. 

Скорее всего, ссора между Маяковским и Северяниным имела место. Я даже подозреваю, что ссорились они не однажды.

Но самая известная произошла на гастролях. То были совместные гастроли Маяковского и Северянина. Так называемые поэзоконцерты. Сам Северянин рассказывал, то он неожиданно прямо на гастролях прозрел всю неталантливость Владимира Маяковского. На самом деле, отношения двух поэтов не были простыми никогда. Острый на язык, Маяковский часто подшучивал над Игорем Северяниным. Последний, как правило, достойно ответить не мог. Он вообще считал, что самым красноречивым ответом является молчание. Довольно часто Северянин со сцены читал стихотворение, в котором была строка: олазорим, легко олазорим... Придуманное Северяниным слово олазорим Маяковский переделывал в более простое опозорим, бурчал это, пока Северянин читал стихотворение слушателям и, тем самым, сбивал Игоря Васильевича. Северянин обижался. И вот на упомянутых гастролях обиделся окончательно. Северянин не выдержал, и пути двух поэтов разошлись.

Писал об этом Вадим Шершеневич в своих воспоминаниях о футуристах.

Северянина Маяковский в «Облаке» вспомнил еще раз. Весьма нелицеприятно прошелся он по своему коллеге:

А из сигарного дыма ликерною рюмкой вытягивалось пропитое лицо Северянина. Как вы смеете называться поэтом и, серенький, чирикать, как перепел! Сегодня надо кастетом кроиться миру в черепе!

Выступление Маяковского в Политехническом музее